Погода в Санкт-Петербурге | Pogoda78.ru

О неблагоприятном влиянии погоды на птиц весной 2000 года в Архангельской области Текст научной статьи по специальности; Биологические науки

О неблагоприятном влиянии погоды на птиц весной 2000 года в Архангельской области Текст научной статьи по специальности «Биологические науки»

Текст научной работы на тему «О неблагоприятном влиянии погоды на птиц весной 2000 года в Архангельской области»

Шеголев В.И. 1968. Численность и размещение птиц по биотопам в условиях Тамбовской области //Учен. зап. Тамбов, пед. ин-та. 26: 144-165. щ еголев В. И. 1978. Население птиц Тамбовской области и его динамика //География и экология наземных позвоночных. Владимир, 3: 107-128.

Русский орнитологический журнал 2002, Экспресс-выпуск 206: 1137-1139

О неблагоприятном влиянии погоды на птиц весной 2000 года в Архангельской области

Архангельский областной краеведческий музей,

площадь Ленина, д. 2, Архангельск, 163061, Россия. E-mail: vandreev@atnet.ru Поступила в редакцию 5 декабря 2002

В Архангельске и его окрестностях весна в 2000 году была ранней, однако во второй декаде мая наступили сильные холода и образовался временный снежный покров. К 22 апреля в городе растаял почти весь снег, а к 27 апреля на Северной Двине прошёл ледоход, что почти на неделю раньше средних сроков. Прилёт некоторых видов птиц также пришёлся на более ранние, чем средние, сроки. Однако 12 мая погода резко изменилась. С раннего утра начался обильный снегопад при штормовом ветре (15-20 м/с) и понижении температуры до минус 1-4°С. Эта чрезвычайная ситуация продолжалась до 15 мая. Сумма осадков, в основном в виде мокрого снега, составила 40-76 мм (105-224% месячной нормы), высота снежного покрова 15-26 см, а местами до полуметра и более. Погодная аномалия такой интенсивности и продолжительности наблюдалась впервые. Причём она охватила территорию около 138 тыс. км2, затронув территории Архангельска и Коношского, Няндомского, Онежского, Пинежского, Плесецкого, Приморского, Холмогорского районов Архангельской области. Снежный покров в городе продержался до 23 мая.

В результате многодневной неблагоприятной погоды резко изменились трофические условия для оседлых и уже прилетевших перелётных птиц. Большая часть насекомоядных и даже растительноядных (например, вьюрковых) птиц погибла. Во время аномальной погоды и в последующие дни были найдены трупы 12 рябинников Turdus pilaris, 8 чечёток Carduelis flam-теа, 5 юрков Fringilla montifringilla, 4 зябликов Fringilla coelebs, 4 белобровиков Turdus iliacus, 4 горихвосток Phoenicurus phoenicurus, 3 мухоловок-пестру-шек Ficedula hypoleuca, 1 белой трясогузки Motacilla alba, 1 зеленушки Carduelis chloris. Желудки почти всех погибших птиц были пусты, что подтверждает предположение, что птицы погибли от голода. По всей видимости, многих мёртвых птиц не удалось найти, поскольку их быстро растаскивают хищники и падальщики.

Ухудшение кормовых условий привлекло многих птиц в город. На мусорных контейнерах собирались целыми стайками такие птицы, которых при обычной погоде здесь не увидишь — юрки, зяблики, зеленушки, снегири РуггЫйа руггкШа, свиристели ВотЫсШа %апги1т. Редкие кормушки в городе были буквально атакованы десятками птиц этих же видов.

Из-за мокрого снега и отрицательной температуры воздуха погибли гнёзда открыто гнездящихся птиц, которые к описываемому периоду уже имели кладки — серых ворон Согуш согтх, грачей Согчт frugilegus, зеленушек, снегирей и др. Гибель кладок серой вороны, например, составила 60.1%, хотя в другие годы, даже при более низких ночных температурах (до минус 22°С), но не столь продолжительных по времени и без мокрого снега, гибель кладок была ниже — 32-49%.

Динамика плотности населения некоторых видов птиц до и после снегопада в сравнении с этим же периодом в последующие годы, особей/км2

Вид 2000 2001 2002

До снегопада После снегопада Май Июнь Май Июнь Май Июнь

Larus canus 30.3 8.4 17.5 6.1 8.1 10.9 9.7 21.0

Columba livia 128.9 135.5 133.2 135.5 155.1 180.7 231.2 146.9

Motacilla alba 19.4 13.0 16.1 15.0 17.0 21.0 20.6 21.0

Con/us cornix 94.5 101.0 98.6 60.4 113.3 123.3 118.2 131.5

Con/us monedula 1.4 2.1 1.7 2.5 2.0 15.1 2.1 19.3

Con/us frugilegus 6.4 4.3 5.0 6.0 13.7 5.0 12.7 6.2

Phylloscopus trochilus * 11.5 11.5 7.9 10.7 18.6 5.2 21.4

Phoenicurus phoenicurus — 0.4 0.4 1.3 1.3 7.7 8.0 15.3

Turdus pilaris 8.3 1.4 3.9 0.8 10.8 9.0 4.6 4.1

Turdus iliacus 2.3 — 0.8 — 3.6 0.7 3.0 —

Parus major 43.9 34.2 37.7 29.1 60.6 59.8 68.9 52.2

Passer domesticus 92.8 138.9 123.3 148.1 191.3 222.7 304.2 375.0

Fringilla coelebs 10.7 7.0 8.3 0.7 7.0 7.1 9.8 4.4

Fringilla montifringilla 25.0 11.2 14.0 — — — 39.3 —

Carduelis chloris 11.7 6.5 8.6 8.1 1.6 — 4.7 0.2

Carduelis spinus — 3.4 2.2 0.5 0.2 7.6 2.3 37.0

Carduelis flammea 2.7 1.6 2.0 1.0 1.9 12.3 1.2 6.7

Примечания:^) — вид появился после снегопада; (—) — вид не встречен во время учётов.

Резкое ухудшение погоды сказалось на сроках прилёта, гнездования, а также на выживании и численности большинства птиц. Данные учётов птиц, проводимые в центральной части города почти ежедневно в течение года, показали следующие изменения в населении птиц до неблагоприятной погоды и после неё. В таблице для сравнения и оценки влияния неблагоприятной погоды приведены показатели плотности населения птиц до и после снегопада и в гнездовой сезон 2000 года и следующих двух лет.

Анализ результатов учётов, представленных в таблице, показывает, что население перелётных и откочёвывающих на зиму видов претерпело серьёзные изменения после аномального возврата холодов. Особенно сильно по-

страдали от длительных снегопадов и низкой температуры воздуха сизая чайка Larus cams, рябинник, белобровик, юрок. Виды, зимующие в наших условиях (сизый голубь Columba livia, серая ворона, галка Corvus monedula, большая синица Parus major, домовый воробей Passer domesticus), относительно благополучно пережили неблагоприятные погодные условия. Некоторое снижение плотности большой синицы к июню объясняется, вероятнее всего, перераспределением синиц по территории и разлёте их по окрестным лесам, а также меньшей заметностью в гнездовое время. Такое “снижение” численности синиц отмечается ежегодно.

Таким образом, аномальный возврат холодов и установление снежного покрова в середине мая 2000 года оказали заметное воздействие на орнитофауну. Из-за обильного и продолжительного снегопада и отрицательных температур погибли кладки и взрослые птицы. Большая смертность наблюдалась среди перелётных птиц, прилетевших до наступления неблагоприятной погоды: дроздов, горихвосток, мухоловок-пеструшек (уже прилетевших до снегопада, но не попавших в учёты), зябликов, юрков. Заметно снизилась численность сизой чайки, а также зимующих видов — чечётки, зеленушки и даже полевого воробья Passer montanus. Более или менее благополочно пережили непогоду городские популяции зимующих видов — сизого голубя, серой вороны, галки, большой синицы, домового воробья, а также перелётных — белой трясогузки и грача.

Русский орнитологический журнал 2002, Экспресс-выпуск 206: 1139-1140

О гнездовании большого пёстрого дятла Dendrocopos major в Алакольской котловине

0 Лаборатория орнитологии, Институт зоологии Министерства образования и науки Республики Казахстан, Академгородок, Алматы, 480060, Казахстан.

E-mail: lnatZoo@nuraat.kz 2) Алакольский государственный природный заповедник, г. Ушарал,

Алматинская область, 489430, Казахстан

Поступила в редакцию 25 декабря 2002

Известно, что северо-восточной границей распространения тянь-шан-ского большого пёстрого дятла Dendrocopos major tianschanicus Buturlin, 1910 является Джунгарский Алатау, где его находили в смешанных лесах северного макросклона (Шнитников 1949; Гаврин 1970). В 1999-2002 годах в западной части Алакольской котловины мы регулярно встречали этих дятлов в осенне-зимнее время в садах города Ушарал и в прилежащей к ним пойме р. Тентек. В самых низовьях реки (южная часть дельты Тентека) в высокоствольных тополево-ивовых рощах от урочища Кокпекты (46° 19' 220” с.ш.,

Влияние ветра и других факторов погоды на строй летящих птиц

Обращаясь к условиям полета, следует отметить, что при образова­нии птицами определенного строя в полете из всего арсенала стайных построений, характерных каждому виду птиц, среди ряда факторов: ко­личество птиц в стае и высота полета, время суток и цель полета (местный полет в поисках корма, дальняя миграция и т.д.) — не последнюю роль играют погодные условия, главным образом сила и направление ветра относительно курса летящей стаи.

Хорошо известно, что если ночью при полной темноте птицы летят поодиночке или беспорядочной чаще всего сильно разреженной стаей, часто перекликаясь между собой, то днем — упорядоченными и более компактными, включая все скученные и линейные формы, т.к. ведущая роль в поддержании плотности и конфигурации стай в это время принадлежит исключительно зре­нию. К тому же даже при осу­ществлении посадки птиц в темноте и в сумерках на деревья или на землю и воду главную роль играет зрение.

Было отмечено, что при дневном полете формы скученных построений птиц, т.е. их "обтекаемость", как и угол, образованный сторонами (ветвями) угловых линейных стай, зависят, в первую очередь, от силы и направления ветра относительно его ориен­тации к оси летящей стаи. На примере утиных птиц - направле­ние и сила ветра, с одной стороны, и строй птиц — с другой, взаимосвязаны: строй птиц наиболее сужен (как бы "обтекаем") при встречном и встречно-боковом ветре большой силы и более развернут при попутном и попутно-боковом. В последнем случае должна повышаться "парусность" каждой отдельно летящей в стае птицы. Против ветра птицы летят более заостренным строем, а по ветру — тупым или развернутым. При строго боковом ветре строй птиц часто бывает вытянут вдоль ветра (полет шеренгой). При полете птиц угловым или скученным упорядоченным строем при попутно-боковом ветре длинная сторона (ветвь) угла чаще всего вытянута вдоль направ­ления движения воздуха, что значительно облегчает полет птиц. При полете по ветру направление оси туловища каждой птицы в любом стайном построении совпадает с направлением ветра, а при полете птиц при других направлениях ветра относительно движения птиц ось их туловища находится к ветру под определенным углом. На этот счет в орнитологической литературе есть сведения о том, что во время миграционного полета птиц наблюдается взаимосвязь между положением оси их тела в воздушном потоке, скоростью полета и направлением ветра, но не с его силой.

Усиление ветра от слабого до сильно­го (от 5 м/с до 10 м/с и выше) способствует формированию более упоря­доченных стай в полете. Кроме этого, птицы, летящие строгой стаей (линейной) и скученными упоря­доченными построениями, при прочих одинаковых условиях полета летят выше, чем птицы, образующие беспорядочные и рыхлые стаи. Сильный ветер (свыше 10-15 м/с, или 6 - 7 баллов по 12-балльной шкале Бофорта), главным образом встречный и встречно-боковой, снижает высоту их полета, делая хоро­шо видимой массовую миграцию стайных видов птиц. Поэтому во вре­мя хорошо наблюдаемого визуального массового пролета птиц обычно преобладают ветры встречных и встречно-боковых направлений слабой и умеренной силы (до 6 баллов, или до 10 м/с). При очень сильных и штормовых ветрах (свыше 7 баллов, или 15-30 м/с) пролет затухает. Это связано с частичным несовпадением направлений движения теплых и холодных воздушных масс в средних широтах Северного полушария Земли с направлением передвижения пролетных стай в период массо­вых сезонных миграций птиц. При попутном и попутно-боковом ветре стаи птиц, главным образом упорядоченных форм, летят выше. К этому следует добавить, что в ясную погоду лет стай выше, а в пасмурную (облачность, осадки) и в туман — ниже. Низкая облачность и сильный дождь, гроза и снегопад снижают высоту и скорость полета стай. В яс­ную погоду скученные неупорядоченные стаи имеют, как правило, меньшую скорость полета относительно поверхности земли, чем ску­ченные упорядоченные стаи, а линейные построения птиц при всех про­чих одинаковых условиях летят выше и с большей скоростью (напри­мер, утиные птицы превышают среднюю скорость в 60 км/ч).

Птицы при полете в виде сложных линейных построений перестраи­ваются в полете чаще, чем при полете в форме простых линейных стай, т.к. их более сложные построения в большей степени зависят от силы и направления ветра относительно курса их передвижения. По этой при­чине простые линейные построения, например, утиных птиц наблюдаются в полете в большем количестве, чем сложные линейные стаи, как при умеренных, так и сильных ветрах, главным образом при встречных и встречно-боковых направлениях. К этому следует доба­вить, что при полете птиц на большой высоте (свыше 300 м) в штиль или при слабом ветре любого направления относительно курса полета птиц линейный строй стай сложнее и стабильнее, чем в иных условиях. При благоприятных условиях полета (отсутствие облачности, попутный ветер и т.д.) транзитные стаи (пеликаны, бакланы, крупные виды уток, гуси, лебеди и др.) многочисленнее (до 500 и более особей) местных и летят они выше и более сложными линейными построениями. Частич­ной перестройке подвержена чаще всего периферийная часть сложных построений (сдвоенные или строенные клинья, углы, дуги, "лесенки" и т.д.), чем их "ядро", роль которого в большинстве случаев выполняет передняя или центральная часть стаи.

Таким образом, птицы используют аэродинамические преимущества формы стаи, как группового построения. При полете строем птицы вы­страиваются таким образом, чтобы ветер любого направления минимально затруднял их полет и максимально облегчал его по принятому ими курсу. С учетом частых смен фигур летящей стаей и места птицы в общем строю, все птицы имеют выгоду от полета строем перед одиноч­ным полетом в аналогичных условиях. На первый план выступают чис­то экологические и этологические факторы: помимо преимуществ определенных фигурных построений птиц в сложных погодных условиях полета (выигрыш строя птиц в ветер), стайная ориентация, эстафетная миграция стай и другие. Полет упорядоченной стаей облегчает средним и крупным птицам выбор пути пролета более благоприятного с аэродинамической точки зрения; в свою очередь, мелкие птицы, обладающие в основном лучшим зрением, летают рассеянно или рыхлыми неупорядоченными стаями.

Очевидно, что при прямолинейном построении или при полете це­почкой ("вереницей") максимальную нагрузку при любом ветре испытывает впереди летящая птица, что происходит из-за необходимости выбора дороги (напряжение внимания), из-за сопротивления воздуха, усиливающегося встречным ветром. Именно этим русские орнитологи (Мензбир, 1893 - 1895; Житков, Бутурлин, 1907; и др.) объясняли частую смену ведущей птицы ("вожака") при линейном построении стаи (углом, линией, цепочкой, скосом и т.д.) в полете у журавлей, пеликанов, колпиц, бакланов и других птиц, совершающих дальние перелеты.

При этом замена ведущей птицы происходит по-разному: у журавлей, пеликанов, колпиц и некоторых других видов по мере их передвижения впереди летящая птица через каждые 4-5 минут отстает и занимает место сзади стаи (линии, скоса, угла и других стреловидных форм стай), а ее место занимает следующая за ней птица, которая потом, в свою очередь, замещается следующей по порядку птицей и т.д.; в отличие от них, у бакланов, летящих над водой цепью, происходит смена места заднего" на "переднего" перелетом через весь ряд (точнее — цепочку),так что издали кажется, будто черный холст перекатывается по морю" (Мензбир, 1893-1895).

Таким образом, изменение нагрузки, приходящейся на конкретную птицу, летящую в стае, зависит лишь от ее места в строю относительно других птиц, от изменения силы и направления ветра. Других аэроди­намических выигрышей от стайного построения птиц, предполагаемых некоторыми орнитологами за счет так называемых восходящих воздушных "вихревых шнуров", просто нет, т.к. при полете птиц любым строем не сохраняется строго выдержанного места каждой птицей относительно соседних птиц стаи в течение сколько-нибудь продолжительного периода времени, исчисляе­мого минутами, и тем более не сохраняется строгого расстояния между летящими в строю птицами, как и оптимального в аэродинамическом отношении угла. В стреловидной стае журавлей этот угол должен со­ставлять 54°40', а у скворцов, летающих только скученными стаями, между рядом летящими птицами он должен быть равен 54°7'. Однако этот угол, практически, при по­лете птиц линейной угловой стаей изменяется в больших пределах: от очень острого (< 10°) до развернутого (180°), т.е. до шеренги или фрон­та.

Американские розовые пеликаны (Pelecanus erythrorhynchos) в полете в различных угловых линейных по­строениях образуют углы от 24° до 122° (в среднем 69,40 ±4,45°, при г = 0,15, р > 0,30), постоянно изменяя пятикратно интервал между рядом летящими птицами от 1,3 до 6,2 м (в среднем 3,40 ± 0,25 м) и совершая полет без синхронизации работы крыльев. В свою очередь, в угловых построениях канадских казарок (Branta canadensis) по данным одних авторов (Gould, Heppner, 1974) угловые показатели изменяются незна­чительно (34,20 ± 2,86°), а согласно сообщению других канадских ис­следователей (Williams et al., 1976) углы в построениях этих птиц изменяются в пределах 38 - 124° (в среднем 71,5013,10°). В то же время интервал между рядом летящими канадскими казарками в стае в среднем равнялся 4,10 ± 0,14 м, колеблясь в общих пределах от 2,5 м до 12,8м (Gould, Heppner, 1974). При исследовании полета строем короткоклювых гуменников (Anserfabalis brachyrhynchus) с целью выяснения возможной экономии энергии было установлено, что птицами совершенно не выполняются два условия, необхо­димых для получения экономии энергии при полете строем, каковыми являются, во-первых, постоянное расстояние между ближайшими вер­шинами крыльев двух соседствующих в стае птиц (отмеренное перпен­дикулярно к направлению полета), которое должно быть с перекрыванием их проекций (порядка 6,0 ± 1,0 см), и, во-вторых, расстояние меж­ду центрами тела птиц (отмеренное параллельно направлению полета) должно составлять 46,2 см, а на самом деле равняется 80 ± 10 см. Из этого авторы сделали, на наш взгляд, правильное заключение, что, оче­видно, размещение короткоклювых гуменников в стае определяется не столько экономией энергии, сколько удобством поддержания визуаль­ного контакта птиц в стае. Кроме этого, у птиц, летящих в составе ли­нейной или скученной стаи, частота взмахов крыльев даже в одновидовой (чистой) стае постоянно меняется, не говоря уже о полете разных видов птиц с их столь различной частотой взмахов крыльев в совместной (смешанной) стае, как нет и синхронности взмахов крыльев у птиц даже в одновидовых стаях, т.е. нет согласованности по фазе взмахов крыльев птиц. К тому же при дальних перелетах на большой высоте большого числа птиц — раз­ных видов гусеобразных (лебеди, гуси, крупные утки), голенастых (каравайка, колпица и др.), куликов (кроншнепы), журавлеобразных, — как и при дальних и местных перелетах стай веслоногих (пеликаны, бакла­ны), фламинго и других птиц в форме клина, углов, вереницы, шеренги, скоса или косяка наблюдается сильное волнообразное колебание птиц относительно друг друга в сторону или сверху вниз. Это происходит не от усталости птиц, как считал М.А. Мензбир (1893 - 1895), а, очевидно, от сильного поры­вистого высотного ветра у гусеобразных и фламинго и от несбалансиро­ванности чередования машущего полета с планированием у веслоногих, голенастых, журавлеобразных и ржанкообразных птиц. Поэтому теоре­тические предположения о том, что полет птиц угловым строем имеет аэродинамическую выгоду для большинства ее членов по сравнению с отдельно летящей птицей за счет восходящих "вихревых шнуров", не­состоятельны.

Смешанные стаи. "Вожаки" стай

В природе наравне с чистыми или одновидовыми (моновидовыми) стаями в полете, хотя и не так часто, наблюдаются и смешанные или многовидовые стаи, в состав которых входят два или большее (до 4 - 5) число видов птиц, чаще всего относящихся к одному роду, чем к нескольким родам или даже семействам и отрядам птиц.

Проведенный на примере куликов сравнительный анализ морфофункциональных особенностей строения глаз птиц, их размера и количества особей в стае с характером стайного построения птиц в по­лете позволяет понять природу образования смешанных стай. Их чаще всего образуют экологически близкие птицы, хотя порой из разных сис­тематических групп. Самое главное то, что смешанные стаи, как прави­ло, бывают с одним доминирующим видом, а примкнувшие к нему ви­дь! птиц, хотя даже и из других отрядов, обладают близкими с ним особенностями зрения, а часто и близкой массой, близким типом и ско­ростью полета. Эти птицы бывают часто близкими и по способу добы­вания корма. Поэтому и формы смешанных стай обычно не отличаются от построений, которыми летают составляющие их виды птиц при полете чистыми стаями. Так, среди куликов смешанные стаи образуются различными ржанками и песочниками, с которыми встре­чаются плавунчики. Смешиваются между собой и улиты разных видов. У пластинчатоклювых смешанные стаи образуются гусями и казарками, речными утками и нырками; лебеди, как правило, с другими птицами (гусями, утками, веслоногими, голенастыми и др.) соединяются редко. Между собой смешиваются разные виды гаг, чистиков и поморников. Часто смешанные стаи в полете наблюдаются у чайковых птиц, хотя чайки и крачки между собой смешиваются редко. Смешиваются между собой разные виды аистов и цапель. Намного реже наблюдаются смешанные стаи из птиц отдаленных систематических групп из числа бакланов, цапель, караваек, колпиц, выпей, гусей, каза­рок, уток, куликов, кайр, журавлей и других. Кроме этого, смешанные стаи в полете часто образуют стайные виды птиц внутри отдельных се­мейств отряда воробьиных, относящихся к жаворонковым, ласточковым, трясогузковым, дроздовым, синицевым, овсянковым, вьюрковым, ткачиковым и скворцовым. Реже встречаются вместе вьюрки с овсянка­ми или жаворонками, жаворонки с коньками или овсянками, корольки с синицами, а последние с пеночками и крайне редко жаворонки с галками. Это не исключает еще более отдаленного смешения птиц, хотя только в основном во время сбора корма, где наблюдается «разделение труда» между видами, составляющими смешанную стаю.

Таким образом, более узкоспециализированные в сборе корма и про­чих отношениях птицы, а часто и более архаичные их формы (т.е. видь: птиц из более древних отрядов), летают чаще чистыми стаями. Это от­носится, прежде всего, к гагарам, поганкам, пеликанам, бакланам, фла­минго, журавлям и чистикам, где смешение происходит, как правило, на уровне внутриродовом. Очевидно, по той же причине у древних групп птиц (бакланы, пеликаны, фламинго, пластинчатоклювые) и некоторых других видов (например, большой кроншнеп) с их узкоспециализиро­ванными кормовыми поведенческими адаптациями к массовым видам пищи (рыба, беспозвоночные), а следовательно, и со строго ограничен­ными адаптивными зрительными возможностями, намного чаще, чем у других птиц, образуются в полете сложные формы стай, когда наблю­даются очень большие вереницы или "шнуры" в виде пересекающихся нитевидных цепочек, скосов, "лесенок" и других сложных линейных построений, хотя состоящих и из элементов простых стайных форм, но тянущихся при относительно тихой погоде на многие сотни метров, а иногда и на километры. Причем у этих птиц линейный строй образуется сразу же после их подъема в воздух, на что у других видов требуется некоторое время.

Полет птиц смешанными стаями вносит ясность и в вопрос о роли ведущих или головных птиц (т.е. о "вожаках" стай), которые время от времени сменяются. Ими бывают любые (в том числе молодые) птицы, а при полете смешанными стаями — и птицы разных видов, зрение ко­торых позволяет им лететь в общей стае. Так, линейную стаю гусей мо­жет возглавлять кряква, шилохвость или баклан, стаю крупных речных уток — чирок-свистунок или чирок-трескунок, а в конце линейного уг­лового построения лебедей-кликунов могут лететь красноголовые ныр­ки, замыкая одну из ветвей его строя. Следует оговориться о том, что угол разворота сторон (ветвей) линейных построений смешанных стай в полете во всех случаях не превышает показатель угла расхождения оп­тических осей глаз каждого из видов, входящих в смешанную стаю, т.к. он обеспечивает необходимый постоянный зрительный контакт между летящими в стае птицами. Смена ведущих птиц происходит чаще всего при смене форм стай или режима их полета (т.е. при смене высоты, скорости и направления. Ведущий стаю определяет (выдерживает) высоту и скорость полета, выбирает направление полета, что часто совпадает со складками местности и другими особенностями рельефа (русла рек, до­лины, ущелья, морские и другие побережья и т.п.), являющимися в то же время экологическими руслами пролета птиц. Вместе с тем ведущая пти­ца в ряде стайных построений (шеренга, овал, шар и др.) может отсутст­вовать. Однако наблюдаемое непостоянство и час­тая смена ведущих птиц не исключает полностью использование стаей опыта старых птиц, выполняющих часто роль ее лидера ("вожака"). На­пример, в перелетных стаях журавлей, лебедей, гусей и некоторых других видов птиц, образованных обычно семьями, включая молодежь, стаю ча­ще всего возглавляют старые птицы. Это хорошо видно по отличительной окраске оперения взрослых и молодых птиц, особенно в период осенней миграции. Но у некоторых видов птиц (кулики, чайки, скворцы и др.) мо­лодые особи отлетают на зимовку и возвращаются обратно отдельно от взрослых, т.е. мигрируют самостоятельно, что само собой отрицает нали­чие в стаях этих птиц "опытных" вожаков, ведущих стаю.

Интересно, что роль "вожака" при движении стайных видов рыб также вы­полняют часто сменяющиеся "случайные" особи стаи, которые "лидируют" от доли секунды (0,25 - 0,5) до нескольких секунд. Это свидетельствует о том, что явление "лидера" при движении стай у разных групп позвоночных животных имеет общее правило — его "случайность" и непостоянство как "вожака" стаи.

В заключение следует отметить, что вслед за общеизве­стным фактом прямой связи (зависимости) времени суток (т.е. разной освещенности) и возможности сбора корма различными видами птиц с разной светочувствительностью и светосилой их глаз, у птиц разных видов выяв­ляется четкая связь самого способа добывания корма при помощи зри­тельного анализатора ("визуализации") с его возможностями, т.е. с оп­ределенными морфологическими показателями (характеристиками) их глаз — углами зрения (монокулярным, бинокулярным, общим и т.д.) и наличием и расположением в области острого зрения (ареа) сетчатки высокочувствительных участков — горизонтальных полосок и ямок или фовеа, что, в свою очередь, ограничивает зрительные возможности птиц при фиксированном положении головы. Эти видоспецифические адап­тивные зрительные особенности птиц, приобретенные ими в ходе эво­люционного процесса и играющие положительную роль при поиске и схватывании добычи, т.е. при добывании пищи, и являются, как показа­ли наши многолетние наблюдения, основой возможных зрительных контактов птиц в их стайном построении как при коллективном сборе корма, так и в полете.

МИГРАЦИЯ ПТИЦ И МЕТЕОРОЛОГИЧЕСКИЕ ПАРАМЕТРЫ: КРАТКИЙ ОБЗОР. ЧАСТЬ І

1 117 REVIEW ARTICLE УДК 574.2:574.3 А.В. Мацюра МИГРАЦИЯ ПТИЦ И МЕТЕОРОЛОГИЧЕСКИЕ ПАРАМЕТРЫ: КРАТКИЙ ОБЗОР. ЧАСТЬ І Алтайский государственный университет Обобщен передовой научный опыт и современные гипотезы о влиянии погодных условий на характер миграции птиц, существующие в орнитологической литературе на конец двадцатого столетия. Приводятся результаты исследований, выполненных в различных регионах мира, выделена стимулирующая и блокирующая роль погодных факторов. Систематизированы разнообразные научные данные о взаимосвязи миграции и погодных условий. Выявлены основные атмосферные факторы, оказывающие мощное влияние на характер и интенсивность миграционных процессов. Ключевые слова: миграция, птицы, метеорологические параметры, обзор Matsyura A.V. BIRD MIGRATION AND METEOROLOGICAL PARAMETERS A REVIEW (PART I) Altai State University, Barnaul, Russia The advantage scientific experience and contemporary hypotheses about weather impact on the bird migration pattern is summarized up to the The principal scientific results from various regions are given; the stimulating and blocking role of climate factors is underlined. The diverse research data regards to interrelations between migration and weather conditions are concluded, the principal atmospheric factors that have power influence on the intensity and character of bird migration are presented. Key words: migration, birds, meteorological parameters, review Исследования, выполненные в разных географических регионах и посвященные проблеме влияния погодных условий на миграцию птиц, довольно многочисленны и характеризуются разнообразием выводов. Безусловно, создание унифицированной схемы влияния погодных факторов на миграцию птиц процесс весьма сложный и неоднозначный, поскольку степень этого влияния зависит от климатических условий данной географической широты и от видового состава птиц, принимающих участие в миграционных перемещениях в пределах исследуемого пролетного пути. В данной статье предпринята попытка обзора существующих, уже ставших классическими, и сравнительно недавних работ в этой области орнитологии с

2 118 Acta Biologica Sibirica целью систематизации данных о степени влияния погодных условий на характер миграций птиц. Погода и климат имеют стимулирующее и модулирующее значение для миграционных процессов. Метеорологические факторы зачастую выполняют роль триггера для начала миграций. Они могут замедлить или остановить мигрантов, заставить их отклониться от курса, приземлиться, иногда приводят к летальному исходу. Например, массивные дождевые фронты блокируют миграцию. У птиц существует тенденция избегать миграционных перелетов под воздействием холодных воздушных масс, в то же время есть определенные погодные условия, когда миграция усиливается. Так, осенняя массовая миграция в высоких широтах северного полушария сопутствует перемещению зоны низкого давления антициклонами. Весной массовые пролеты птиц происходят в условиях мягкой погоды, когда приближается фронт низкого давления. Мигранты преимущественно реагируют на местные изменения погоды - ветра или температуру, в большей степени, чем на синоптические условия. Большинство исследователей склоняется к мысли, что ветер и осадки являются двумя наиболее значимыми факторами, влияющими на интенсивность миграции. Роль температуры несколько меньше (Able, 1985). Основной фактор, вызывающий различия в интенсивности пролета - ветер. Во многих исследованиях обнаружена достоверная положительная корреляция с давлением и видимостью и отрицательная - с колебанием минимальной температуры и дождем. При помощи радиолокации весеннего ночного пролета птиц, Bruderer (1971) определил, что большой объем миграций на малых высотах зависел от местных метеоусловий. Высота полета снижалась во время осадков, перемещаясь по вертикали или горизонтали, птицы избегали полетов в тумане или облаках. Минимальный объем миграции наблюдался, когда область низкого давления была слева, а высокого - справа от главного вектора миграции. Низкая плотность миграции отмечена к востоку от области высокого давления, в районе осадков и на заднем крае циклонов. Интенсивность миграции канадской казарки достоверно коррелировала с попутным ветром и переменной температуры, происходя у западного края области высокого давления, в одном случае - у западного края (Gauther & Blokpoel, 1980). Ультимативные факторы, определяющие влияние условий погоды на интенсивность миграции, включают характер погоды по маршруту миграции и в точках отлета-прилета (Richardson, 1978). Ряд птиц мигрирует при любых погодных условиях, однако максимальное количество - при попутном ветре и благоприятных температурах, атмосферном давлении и влажности воздуха. Во время местных полетов влияние погоды менее выражено. Так, отлет скворцов с мест ночевок не коррелирует с переменными температуры, скорости ветра, облачности и относительной влажности (Allerstam, 1975). Данные Bruderer & Liechti, полученные на основании изучения миграции птиц в Израиле, доказывают, что в данном регионе господствующие ветра способствуют полетам на более малых высотах осенью, чем весной. Примерно

3 119 90% всех ночных мигрантов концентрируются ниже отметки 1.8 км. Весной около 50% всей миграции зарегистрировано выше данной отметки, миграция на низких высотах соответствует преимущественно поднимающимся одиночным птицам. Данные множественной регрессии показали, что единственным фактором, статистически достоверно стимулирующим высотное распределение птиц, является изменение попутного (хвостового) ветра по высотным интервалам. Для территории Израиля этими исследователями не было обнаружено выраженной корреляции между объемом ночной миграции и относительными изменениями погоды в течении недели, ночные мигранты летят практически в любую погоду, поскольку всегда находят подходящие ветра на разных высотах в системе господствующих ветров (Bruderer, 1994, Bruderer et al. 1995, Liechti & Bruderer 1998). Последние авторы отмечают значение ветра для оптимизации миграции воробьиных птиц в особенности. Птицы, мигрирующие через Центральную Европу и Средиземноморье, способны справиться с ветром, скорость которого составляет от 50 до 100% от их собственной скорости. В отличие от центральной Европы, в районах Средиземного моря попутные и встречные ветра встречаются с одинаковой частотой. В южной части Израиля птицы способны поймать благоприятные ветра в определенной части высотного диапазона, тогда как севернее они вынуждены выбирать ночи с подходящими ветрами. Richardson (1978), в ходе исследования влияния погодных факторов на процессы обратной миграции, т.е. неблагоприятных факторов, пришел к выводу, что основной фактор, действие которого подтверждается статистически - ветер (у поверхности земли и геострофический). Видимость, облачность, осадки, магнитное возмущение, вертикальная видимость, непрозрачность воздуха не имеют достоверного влияния на образование обратной миграции. Niziol (1996) сообщает, что уровень миграции (особенно осенью) часто связан с направлением синоптической фронтальной системы. Мощный встречный ветер, в сочетании с осадками, заставляет птиц прекратить миграцию в обычном направлении и, изменив курс, в конечном итоге приземлиться и переждать неблагоприятные условия. Разные виды птиц по-разному относятся к направлению и силе ветра. Большое число радиолокационных наблюдений имеется для воробьиных птиц. По Able (1974), воробьиные птицы ночью обычно летят с попутным ветром. При этом они мигрируют по ветру при любом его направлении, и при изменении последнего от нескольких градусов до 70 градусов меняли направление пролета (Gauthreaux, 1970). В Южной Швеции пик ночной осенней миграции воробьиных птиц постоянно коррелировал с сильными попутными ветрами, благодаря чему птицы летели в два раза быстрее, чем при безветрии (Allerstam et al., 1973). В целом, птицы выбирают для полета высоты с благоприятным направлением и силой ветра. При сильном ветре любого направления, а также при встречном ветре, воробьиные птицы предпочитают лететь низко над

4 120 Acta Biologica Sibirica землей или водой, где скорость ветра меньше из-за трения воздуха о земную поверхность. Ряд неворобьиных птиц, обладающих стремительным скоростным полетом - голуби, стрижи, кулики, гусеобразные - во время перелетов меньше зависят от направления и силы ветра. Особенно это заметно при полете над направляющими линиями (морское побережье). В то же время при перелетах экологически неблагоприятных территорий или в условиях отсутствия видимости наземных ориентиров, ночью они могут лететь и при сильном попутном ветре. Чувство сноса или дрейфа по ветру связано с некоторыми реакциями птиц на ветер (Bruderer, 1977, 1978): полет с благоприятными попутными ветрами, полет в попутном ветре, несмотря на отклонение от цели, что компенсируется пересечением водных пространств и неблагоприятных областей, частичная компенсация сноса при полете над морем. Попутный ветер предпочитают даже голуби-вяхири, которые в принципе независимы от направления и силы ветра (Allerstam, 1978). Наибольшее количество вяхирей мигрирует из Швеции при прохождении холодного фронта с северо-западными или северо-восточными ветрами. Зависимость от попутного ветра более сильно выражена при длительных пересечениях моря. Направления пролета над Балтикой в значительной мере коррелировали с направлением ветра и показывали большие вариации, чем над сушей (Allerstam, 1974). В противоположность этому стрижи во время летних миграций предпочитают встречные ветры (Evans, 1966). Есть ряд сведений о том, что быстролетящие кулики и гусеобразные птицы, по сравнению с воробьиными видами, могут лететь лишь в более сильном попутном ветре (Able, 1974). Более того, лишь утки, кулики и гуси могут делать поправки на снос ветром слабой или умеренной силы (Gauthreaux, Able, 1979). При дневной миграции также преобладает полет в попутном ветре. Так летят скворцы, в том числе и при обратной миграции (Richardson, Haight, 1970). По Allerstam (1976), зяблики, юрки и скворцы почти не избирательны к ветру. Выбор направления перелета дроздов-белобровиков определялся направлением ветра (Allerstam, 1979). Не только белобровики, но и другие виды дроздов в Южной Швеции совершали миграцию при попутном ветре. Richardson (1974) отмечал, что численность воробьиных птиц, мигрировавших над островом Пуэрто-Рико, положительно коррелировала с попутным ветром. При этом трассы полета редко шли по ветру и варьировали так, чтобы компенсировать, хотя бы частично, боковой снос. Различия в преобладающих ветрах определяли особенности весеннего и осеннего пролета. Внутри континента в большинстве случаев наблюдался дрейф мигрантов по ветру, и, одновременно с этим в прибрежных районах на малых высотах шла миграция навстречу ветру (Rabol, 1974).

5 121 Вообще, при исследованиях подобного рода, большинство противоречий связано с методами наблюдений - противоречие визуальных и радиолокационных наблюдений. Так, особенно сильный пролет коньков и вьюрковых птиц вдоль морского побережья Англии на небольшой высоте при встречном ветре наблюдался только визуально. А максимальный пролет этих птиц на большой высоте с попутным или слабым боковым ветром отмечался только радаром (Evans, 1966). Прогноз весенней миграции белых гусей в районе аэропорта Виннипег, Канада был основан на данных радиолокатора и визуальных наблюдений, показавших, что пролет шел преимущественно с попутным ветром (Blokpoel, Richardson, 1978). Отлет белых гусей из Южного Квебека, Канада шел двумя волнами во время попутных ветров. Морские утки - синьга, морянка - во время весенней миграции в Южной Финляндии летели в попутном ветре на больших высотах (Bergman, Donner, 1964). На западном побережье Эстонии массовый весенний пролет этих уток стартует с акватории Финского залива при встречном ветре. Это облегчает набор высоты и полет на север вдоль берега при частично боковом ветре (Якоби, 1983). Отлет уток шел преимущественно при попутных или очень слабых ветрах и в штиль, но никогда не отмечался при сильных встречных или боковых ветрах, которые вызывали бы снос боле 20 градусов от нормального направления (Bergman, 1978). Попутные ветры облегчают сезонные перелеты птиц, но они же и приводят к тому, что молодые птицы сбиваются с пути и залетают иногда за тысячи километров от обычных мест пребывания, тогда как взрослые особи способны компенсировать снос их ветром (Williams et al., 1972). Ветры могут определять даже места пролета. На северо-западе Флориды, США, ветры северо-восточных румбов способствуют перелету через залив, а северо-западные ветры заставляют птиц лететь круговым путем с п-ова Флорида по берегам залива (Сrawford, 1980). На юго-восточном побережье Канады и северо-восточном побережье США на протяжении 500 км собираются осенью миллионы птиц (древесницы, кулики, славки) и ждут попутного ветра в океан, чтобы совершить 3-4-суточный беспосадочный трансатлантический (3000 км) перелет из Северной Америки в Южную (Williams & Williams, 1979). Таким образом, направление и сила ветра влияют на высоту, скорость пути и сроки массовой миграции птиц и являются важными факторами. В США долгое время изучался кратковременный эффект погоды на интенсивность ночной миграции птиц с использованием многофакторного анализа 19 переменных (Nisbet, 1968). Были проанализированы такие параметры: облачное покрытие, высота облачности, видимость, атмосферное давление, относительная влажность, температура, дождь попутный ветер, боковой ветер, прибрежный ветер, дни задержки, дни с прохождением холодного фронта, непостоянство атмосферы. Миграция птиц в значительной

6 122 Acta Biologica Sibirica степени коррелировала с высокой температурой, высокой облачностью и отсутствием дождя на месте прилета птиц на следующий день. Не коррелировала с облачным покрытием и слабо коррелировала с направлением ветра. Миграция водоплавающих птиц была более редкой на 2-3 ночь после большого отлета, но более плотная на 4 и последующие ночи после задержки. Этой тенденции нет у певчих птиц. После ночи миграции отмечена тенденция снова лететь на следующую ночь. Миграция подавлялась холодными дождями, а при холодном северо-западном ветре отмечалась обратная миграция. В другой работе (Drury, Nisbet, 1964), было установлено, что пик миграции в Новой Англии обычно совпадал с переменой погоды. Миграция шла более интенсивно при сочетании высокой температуры воздуха, низкого или падающего атмосферного давления, не слишком большой влажности, южного или северного ветра. При исключении одного из факторов зависимость не наблюдалась. Дождь всегда подавлял миграцию. Многофакторный анализ влияния 12 погодных факторов на осеннюю ночную миграцию над Мексиканским заливом показал, что у воробьиных птиц имеется четкая корреляция между направлением ветра и направлением полета из-за преобладания ночных миграций с попутным ветром, а также слабую корреляцию с давлением. У водоплавающих и куликов подобной корреляции, кроме как с ветром, ни с одним из факторов не замечено (Able, 1974). На основании многофакторного анализа, Allerstam (1975) обнаружил, что весенний пролет дроздов в Южной Швеции положительно коррелирует с югозападными и западными ветрами, приходом теплого фронта и понижением давления; осенний - с северо-западными и северо-восточными ветрами, холодным фронтом, понижением влажности и температуры, хорошей видимостью и малой облачностью. Таким же методом был проведен анализ осенней миграции 15 видов птиц, и оказалось, что волнообразность пролета большинства из них была результатом влияния погоды на изменения внутреннего состояния птиц (1978). В Советском Союзе был выполнен мультивариантный многофакторный анализ влияния погоды на миграцию птиц. Интенсивность миграции птиц в Литве на побережье Балтийского моря и в материковой части сравнивались с изменениями 20 погодных параметров: температура воздуха у поверхности земли, изменение ее по сравнению с прошлыми сутками, атмосферное давление у поверхности земли, его изменение по сравнению с прошлыми сутками, относительная влажность у поверхности земли, ее изменение, видимость, общее кол-во осадков, кол-во нижних облаков, высота облаков, форма облаков, наличие дождя, направление ветра у поверхности, температура воздуха на высоте 500м, ее изменение, направление ветра на высоте 500м, прохождение теплых и холодных фронтов, индекс синоптической ситуации погоды (Жалакявичус, 1984). Было установлено, что интенсивная континентальная весенняя миграция определялась безоблачным небом и попутным ветром. Морская миграция - высокой температурой воздуха и хорошей погодой (высокое атмосферное

7 123 давление, отсутствие общего и нижнего слоя облаков и дождя, зона антициклона, слабая сила ветра). Интенсивной осенней миграции способствовали быстрый спад температуры и попутные ветры, особенно на побережье. Эти данные были получены пошаговой множественной регрессией. Факторный анализ, кроме того, установил, что зависимость миграции от погоды более выражена весной в континентальной части. Форма облаков играет важную роль для весенней и осенней миграции. Направление ветра на высоте 500м и его скорость у поверхности земли лучше всего коррелировали с интенсивностью осенней миграции, а температура воздуха у земли и на высоте 500м - весенней. В качестве прогностических работ в данной области следует упомянуть работу Blokpoel (1973), где для прогноза миграции белых гусей использовались: ветер у поверхности земли, ветер на высоте 900м, ветер на высоте 1515м и осадки. Ветры на всех высотах способствовали массовому прилету птиц: юговосточные ветры - весной и северо-западные - осенью. Неблагоприятные ветры весной - северо-западные, осенью - юго-восточные. Отсутствие осадков являлось благоприятным фактором, тогда как нейтральным фактором были небольшие, широко рассеянные дожди, сильные дожди были неблагоприятным фактором. При большинстве положительных факторов миграция была выше среднего, достигая пика при сочетании всех благоприятных факторов. Минимальная интенсивность отмечена для наличия всех отрицательных факторов, однако сильный продолжительный дождь подавлял миграцию даже при оптимуме всех прочих факторов. Если один фактор ветра был в позитиве, а другой - в негативе, то они нейтрализовали друг друга. Если все или большинство факторов были негативны в течение трех ночей, то их подавляющий эффект снижался и птицы начинали миграцию при неблагоприятных условиях даже в большем числе. В конце сезона, когда все факторы носили позитивный характер в течение 2-3 ночей, миграция падала. В работе Nisbet & Drury (1968), для анализа были использованы: облачность, высота облачности, видимость, давление, влажность, температура, нормальная температура для каждого дня, осадки, скорость ветра, направление ветра, главное его направление в секторе обратной миграции, главное направление в секторе нормальной миграции, интенсивность нормальной миграции, интенсивность обратной миграции, полная интенсивность миграции; суточные изменения в температуре, влажности, температуре относительно нормальной температуры и в вариациях направления ветра. Были получены такие результаты - весной массовая миграция идет при наличии, по крайней мере, двух условий из: ветер между юго-западным и юго-восточным; скорость ветра менее 10км/ч; температура дня на 2 или более градусов выше нормы. Осенью массовую миграцию определяют как минимум три условия из: ветер между северо-северо-западным и северо-восточным; скорость ветра менее 10 км/ч;

8 124 Acta Biologica Sibirica температура на 2 или более градусов более низкая, чем нормальная температура дня; облачность менее 50%; давление выше 1020мбар. Однако, если 4 и 5 из условий представлены весной или все три весенних осенью, то можно ожидать миграцию в обратном направлении. Некоторые модели, созданные для прогнозов интенсивности миграции, использовали данные радаров, визуальных наблюдений, акустической регистрации голосов, отлова птиц и оценки энергетического состояния пролетных птиц. На основании этих данных была создана динамическая модель прогноза миграции птиц (Дольник, 1981а) и сделан прогноз осеннего дневного пролета птиц на Куршской косе (Дольник, 1981b). Из совокупности рассмотренных факторов, достоверными были признаны модели по средним многолетним данным прохождения предыдущей волны и увлечению птиц волной полета. На основе всех погодных факторов модель не дала удовлетворительного прогноза волн полета. Прогноз пролета по всем факторам оказался правильным для 9 волн из 10. Ряд исследователей сообщают о возможности птиц лететь под углом к ветру, компенсируя снос. Это происходит, когда направление ветра не совпадает с маршрутом полета. Компенсировать снос ветра возможно при условии наземных или иных ориентиров. Согласно Gauthreaux (1970), кулики и водоплавающие часто способны компенсировать снос ветром умеренной силы благодаря использованию различных методов ориентации. В то же время многие воробьиные мигрируют ночью, выбирая попутный ветер независимо от его направления. По результатам исследования, выполненного Назаренко и Амонским (1986), метеорологические факторы относительно интенсивности миграции птиц могут быть охарактеризованы как блокирующие (1) и стимулирующие (2), к которым весной относят соответственно: атмосферные фронты циклона, теплый сектор циклона, гребень антициклона, ложбину циклона, зону между антициклоном и циклоном а осенью: циклоны, атмосферные фронты, зоны турбулентности и сильных ветров, гроз, дождей, туманов, восточную периферию антициклона, малоградиентную зону между циклоном и антициклоном, пик циклона. В более поздних исследованиях (Bruderer, 1995), при создании модели высотного распределения мигрантов в пустынной зоне единственной статистически достоверной вариантой было определено различие попутного ветра по градиентам высоты. В обзоре Richardson (1991) приводятся факты, что мигрирующие птицы имеют тенденцию лететь на более низких высотах, когда полет происходит против ветра, чем при попутном ветре, что подтверждает более ранние исследования. Он же (1990) склоняется к мысли, что способность птицы к дрейфу по ветру и к поправке на ветер определяется наличием четких линейных ориентиров.

9 125 Как видно из этого обзора, существует определенная вариация в выводах многочисленных исследователей, занимающихся проблемой оценки влияния погодных факторов на характер миграции птиц. Проблема нуждается в постоянной разработке и унификации данных этих исследований, которые позволили бы применять модели, полученные в каком-либо регионе, с определенной поправкой для любого другого места земного шара. Также, налицо очевидность применения комбинированных методов изучения миграций птиц от визуальных наблюдений и кольцевания - до использования телеметрии и радарных технологий. Подобные исследования, в сочетании с метеорологической информацией, в конечном итоге приведут к созданию интегрированных моделей влияния атмосферных явлений на характер миграции птиц. СПИСОК ИСПОЛЬЗОВАННОЙ ЛИТЕРАТУРЫ Дольник В. Р. Динамическая модель прогноза миграции птиц // Методы обнаружения и учета миграций птиц. - Л., a. - С Дольник В. Р. Программа Эксперимент : сравнение методов наблюдения пролета птиц // Методы обнаружения и учета миграций птиц. - Л., b. - С Жалакявичус М. Связь миграций птиц с погодными условиями. Моделирование и прогнозирование / Изучение, моделирование и прогнозирование сезонных миграций птиц, Вильнюс, С Назаренко Л.Ф., Амонский Л.А. Влияние синоптических процессов и погоды на миграцию птиц в Причерноморье. Киев-Одесса: Вища школа, с. Якоби В.Э. Радиолокационные и визуальные наблюдения за весенним перелетом морских уток на западном побережье Эстонии. // Сообщения Прибалтийской комиссии по изучению миграций птиц. Тарту С Able K.P. The role of weather variables and flight direction in determining the magnitude of nocturnal bird migration // Ecology P Alerstam T. Nocturnal migration of thrushes (Turdus spp.) in southern Sweden // Oikos P Alerstam T. Optimal use of wind by migrating birds: combined drift and overcompensation // J. Theor. Biol P Alerstam T. Wind as selective agent in bird migration // Ornis Scand P Bergman G., Donner K.O. An analysis of the spring migration of the Common Scoter and the Long Tailed Duck in southern Finland // Acta Zool. Fenn P Bingman V.P., Aple K.P., Kerlinger P. Wind drift, compensation and the use of landmarks by nocturnal bird migrants // Anim. Behav P

10 126 Acta Biologica Sibirica Blokpoel H., Richardson W.J. Weather and spring migration of Snow geese across southern Manitoba // Oikos P Bruderer B. Radar studies on nocturnal bird migration in the Negev // Ostrich P Bruderer B. Migratory directions of birds under the influence of wind and topography // RIN Symposium Orientation & Navigation Birds, Humans & other animals. Oxford P Bruderer B. Three decades of tracking radar studies on bird migration in Europe and the Middle East // Proc. Intern. Seminar on Birds and Flight Safety in the Middle East Israel, April P Bruderer B., Leichti F. Variation in density and height distribution of nocturnal migration in the south of Israel // Israel J. Zoology (3).- P Bruderer B., Underhill L.G., Leichti F. Altitude choice of night migrants in a desert area predicted by meteorological factors // Ibis P Drury W.H., Nisbet I.C.T. Radar studies of orientation of songbird migrants in south eastern New England // Bird Banding P Evans P.R. Migration and orientation of passerine night migrants in northeast England // J. Zool P Flock W.L., Bellrose F.C. Radar detection of birds: a radar study of bird migration in the Central United States // Proc., World Conf. on Bird Hazards to Aircraft, Sept. 2-5, 1969, Ottawa, Ontario P Fortin D., Leichti F, Bruderer, B. Variation in the nocturnal flight behavior of migratory birds along the northwest coast of the Mediterranean Sea // Ibis P Gauthreaux S.A. Weather radar quantification of bird migration // Bioscience P Gauthreaux S.A. A radar and direct visual study of passerine spring migration in southern Louisiana // Auk P Hassler S.S., Graber R.R., Bellrose F.C Fall migration and weather, a radar study // Wilson Bull P Helbig A.J., Wiltshko W., Laske V. Optimal use of the wind by Mediterranean migrants // Proc. First Conf. Birds Wintering Mediterranean Region Aulla P Hilgelroh G. Autumn migration of trans Saharan migrating passerines in the Straits of Gibraltar // Auk P Kerlinger P., Moore F.R. Atmospheric structure and avian migration. In: Power D. (ed) Current ornithology, N.Y.: Plenum Vol 6. -P Leichti, F., Bruderer, B., Paproth H. Quantification of nocturnal bird migration by moonwatching comparison with radar and infrared observations // J. Field Orn P Nisbet I.C.T., Drury W.H. Short term effects of weather on bird migration: a field study using multivariate statistics // Anim. Behav P Rabol J. The orientation systems of long distance passerine migrants displaced in autumn from Denmark to Kenya // Ornis Scand P

11 127 Richardson W.J. Temporal variations in the volume of bird migration: a radar study in Canada // Proc. World Conf. on Bird Hazards to Aircraft. Kingston, Ontario P Richardson W.J. Reorientation of nocturnal landbird migrants over the Atlantic ocean near Nova Scotia on autumn // Auk P Richardson W.J. Timing of bird migration in relation to weather: updated review. In: Bird Migration: Physiology and Ecophysiology (ed. E. Gwinner), Springer, Berlin, Heidelberg, New York P Richardson W.J. Wind and orientation of migrating birds: a review. In: Orientation in Birds (ed. P. Berthold), Birkhauser, Basel, Boston, Berlin P Walker J.M., Venables W.A. Weather and bird migration // Weather P Zalakevicius M., Zalakevicius R. Global climate change impact on birds: a review of research in Lithuania // Folia Zoologica (1). -P REFERENCES Dol'nik, V. R. (1981). Dinamicheskaja model' prognoza migracii ptic. In: Metody obnaruzhenija i ucheta migracij ptic. Leningrad. Dol'nik, V. R. (1981). Programma Jeksperiment : sravnenie metodov nabljudenija proleta ptic. In: Metody obnaruzhenija i ucheta migracij ptic. Leningrad. Zhalakjavichus, M. (1987). Svjaz' migracij ptic s pogodnymi uslovijami. Modelirovanie i prognozirovanie. In: Izuchenie, modelirovanie i prognozirovanie sezonnyh migracij ptic. Vil'njus. Nazarenko, L.F., Amonskij, L.A. (1986). Vlijanie sinopticheskih processov i pogody na migraciju ptic v Prichernomor'e. Kiev-Odessa: Vishha shkola. Jakobi, V.Je. (1983). Radiolokacionnye i vizual'nye nabljudenija za vesennim pereletom morskih utok na zapadnom poberezh'e Jestonii. Soobshhenija Pribaltijskoj komissii po izucheniju migracij ptic. 16, Able, K.P. (1973). The role of weather variables and flight direction in determining the magnitude of nocturnal bird migration. Ecology. 54,

12 128 Acta Biologica Sibirica Alerstam, T. (1976). Nocturnal migration of thrushes (Turdus spp.) in southern Sweden. Oikos. 27, Alerstam, T. (1979). Optimal use of wind by migrating birds: combined drift and overcompensation. J. Theor. Biol. 79, Alerstam, T. (1979). Wind as selective agent in bird migration. Ornis Scand. 10, Bergman, G., Donner, K.O. (1964). An analysis of the spring migration of the Common Scoter and the Long Tailed Duck in southern Finland. Acta Zool. Fenn. 105, Bingman, V.P., Aple, K.P., Kerlinger, P. (1982). Wind drift, compensation and the use of landmarks by nocturnal bird migrants. Anim. Behav. 30, Blokpoel, H., Richardson, W.J. (1978). Weather and spring migration of Snow geese across southern Manitoba. Oikos. 30, Bruderer, B. (1994). Radar studies on nocturnal bird migration in the Negev. Ostrich. 65, Bruderer, B. (1997). Migratory directions of birds under the influence of wind and topography. RIN Symposium Orientation & Navigation Birds, Humans & other animals. Oxford. Bruderer, B. (1999). Three decades of tracking radar studies on bird migration in Europe and the Middle East. Proc. Intern. Seminar on Birds and Flight Safety in the Middle East. Israel. Bruderer, B., Leichti, F. (1997). Variation in density and height distribution of nocturnal migration in the south of Israel. Israel J. Zoology. 41(3),

13 129 Bruderer, B., Underhill, L.G., Leichti, F. (1997). Altitude choice of night migrants in a desert area predicted by meteorological factors. Ibis. 137, Drury, W.H., Nisbet, I.C.T. (1964). Radar studies of orientation of songbird migrants in south eastern New England. Bird Banding. 35, Evans, P.R. (1966). Migration and orientation of passerine night migrants in northeast England. J. Zool. 150, Flock, W.L., Bellrose, F.C. (1970). Radar detection of birds: a radar study of bird migration in the Central United States. Proc., World Conf. on Bird Hazards to Aircraft. Ottawa, Ontario. Fortin, D., Leichti, F, Bruderer, B. (1999). Variation in the nocturnal flight behavior of migratory birds along the northwest coast of the Mediterranean Sea. Ibis. 141, Gauthreaux, S.A. (1970). Weather radar quantification of bird migration. Bioscience. 20, Gauthreaux, S.A. (1971). A radar and direct visual study of passerine spring migration in southern Louisiana. Auk. 88, Hassler, S.S., Graber, R.R., Bellrose, F.C. (1963). Fall migration and weather, a radar study. Wilson Bull. 75, Helbig, A.J., Wiltshko, W., Laske, V. (1986). Optimal use of the wind by Mediterranean migrants. Proc. First Conf. Birds Wintering Mediterranean Region Aulla.

14 130 Acta Biologica Sibirica Hilgelroh, G. (1989). Autumn migration of trans Saharan migrating passerines in the Straits of Gibraltar. Auk. 106, Kerlinger, P., Moore, F.R. (1989). Atmospheric structure and avian migration. In: Power D. (Ed.) Current ornithology, N.Y.: Plenum. Leichti, F., Bruderer, B., Paproth, H. (1995). Quantification of nocturnal bird migration by moonwatching comparison with radar and infrared observations. J. Field Orn. 66, Nisbet, I.C.T., Drury, W.H. (1968). Short term effects of weather on bird migration: a field study using multivariate statistics. Anim. Behav. 16, Rabol, J. (1993). The orientation systems of long distance passerine migrants displaced in autumn from Denmark to Kenya. Ornis Scand. 24, Richardson, W.J. (1970). Temporal variations in the volume of bird migration: a radar study in Canada. Proc. World Conf. on Bird Hazards to Aircraft. Kingston, Ontario. Richardson, W.J. (1978). Reorientation of nocturnal landbird migrants over the Atlantic ocean near Nova Scotia on autumn. Auk. 95, Richardson, W.J. (1990). Timing of bird migration in relation to weather: updated review. In: Bird Migration: Physiology and Ecophysiology (E. Gwinner, Ed.), Springer, Berlin, Heidelberg, New York. Richardson, W.J.(1991). Wind and orientation of migrating birds: a review. In: Orientation in Birds (ed. P. Berthold), Birkhauser, Basel, Boston, Berlin. Walker, J.M., Venables, W.A. (1990). Weather and bird migration. Weather. 46,

15 131 Zalakevicius, M., Zalakevicius, R. (2001). Global climate change impact on birds: a review of research in Lithuania. Folia Zoologica. 50(1), Поступила в редакцию Как цитировать: Мацюра, А.В. (2015). Миграция птиц и метеорологические параметры: краткий обзор. Часть І. Acta Biologiсa Sibirica, 1 (1-2), Мацюра, 2015 Users are permitted to copy, use, distribute, transmit, and display the work publicly and to make and distribute derivative works, in any digital medium for any responsible purpose, subject to proper attribution of authorship. This work is licensed under a Creative Commons Attribution 3.0 License